Водонос Е.И. Главная тема - жизнь // Коммунист.
Саратов, 1977. 10 сент.
Главная тема - жизнь
В САРАТОВСКОМ ГОСУДАРСТВЕННОМ ХУДОЖЕСТВЕННОМ МУЗЕЕ ИМЕНИ А.Н. РАДИЩЕВА
ВПЕРВЫЕ ЭКСПОНИРУЕТСЯ ПЕРСОНАЛЬНАЯ ВЫСТАВКА СОВЕТСКОГО ГРАФИКА ВЛАДИМИРА
АЛЕКСЕЕВИЧА МИЛАШЕВСКОГО.
В нашем городе прошли годы его детства и отрочества, здесь определилось
жизненное призвание художника. Он вырос в революционно настроенной интеллигентной
семье, верной высоким идеалам освободительного движения. Кумиром его родителей
был Н.Г. Чернышевский. И, видимо, не случайно сын стал первым иллюстратором
романа «Что делать?».
Он получил превосходное гуманитарное образование, и это благотворно сказалось
в его работе вообще, а в книжной графике особенно. В течение всей жизни
иллюстрация была «хлебом» художника. Он оформлял книги многих советских
писателей, своих современников: А. Жарова, И. Садофьева, А. Малышкима, К.
Паустовского, И. Эренбурга, А. Толстого, М. Горького. Плодотворным было и его
обращение к классике — произведениям А. Чехова, Ф. Достоевского, М.
Салтыкова-Щедрина, Г. Флобера. «Посмертные записки Пиквикского клуба» Ч.
Диккенса — одно из наивысших достижений мастера. Эта серия иллюстраций была
показана в Лондоне и пользовалась огромным успехом. Последние годы своей жизни
художник посвятил Пушкину и русским сказкам. Именно сказки принесли ему
всенародную известность. Слава Милашевского-иллюстратора заслонила другую
важную сторону его деятельности — работу в станковой графике.
Между тем именно в ней полнее раскрывается художнический облик этого
мастера и своеобразие его вклада в развитие советского искусства.
В.А. Милашевский активно заявил о себе в самом начале 20-х годов, в
пору революционной ломки старого жизненного уклада и самого решительного обновления
искусства. Свой голос он обретает в акварелях 1921—1922 годов, выполненных в
окрестностях Пскова. В них уже проглядывают черты, которые будут свойственны
Милашевскому зрелой поры: живая характерность типов, меткость бытовой детали,
тяга к внутренней заостренности образа. Восторженную оценку всей этой серии дал
Константин Федин в очерке «О художнике, о земляке, о Милашевском».
Художник много путешествует, неустанно работает, совершенствуя мастерство.
Он находит темы повсюду: пейзажи Сердобска, Кускова, Мурома, Бердянска,
пристани и пляжи, стройки и стадионы, шумные улицы и площади Москвы —
движущаяся лента жизни открывается зрителю. Рисунки Милашевского, словно съемки
скрытой камерой, фиксируют все то мелочно-обыденное и возвышенно-героическое, что
попадает в поле его зрения непроизвольно, как бы само собой, без нарочитого
выбора. Всякое его изображение изначально ориентировано на двойную цель:
достовернейше запечатлеть бытовой эпизод и дать кадр в хроникальную ленту
истории.
Милашевский всегда стремился быть в гуще событий. Он гордился тем, что
в рисунках тех лет был «верен действительности, верен эпохе». А эпоха была напряженной.
«Время — вперед» было ее девизом. Именно «темп», именно стремительность
воплощения придает его рисункам трепет мгновения, «повышенную жизненность», в
которой добивался художник. Тот же прием и в многочисленных портретах
писателей, тоже исполненных, по образному определению самого Милашевского, «в
стиле этого удара — сразу»: А. Толстой, Н. Хикмет, Л. Сейфуллина.
Художественные идеи Милашевского были восприняты многими. Они легли в
основу эстетического кредо группы «13» — творческого объединения, возникшего на
рубеже 20-х — 30-х годов и названного по числу его участников. Оно выдвинуло
ряд крупных мастеров (В. Милашевский, Н. Кузьмин, Т. Маврина), игравших
заметную роль в развитии советской графики.
Массовому зрителю станковая графика В. Милашевского долго оставалась
малоизвестной. Художник обостренно чувствовал это. Горечь недооцененное ти
звучала во многих его высказываниях. Однако он хорошо понимал невозможность
поторопить время: «Есть разные сорта славы, подобно сортам яблок. Ранняя
скороспелка». Зрелая августовская. Есть поздний октябрьский сорт, осеняли», —
писал Милашевский в своем мемуарном эссе, опубликованном несколько лет назад в
журнале «Волга». Он догадывался, что на его долю выпал именно последний,
«осенний» сорт признания, немного запоздалого, зато более долгосрочного. И
нынешняя выставка его работ лишний раз подтверждает проницательность такой
самооценки.
Е. ВОДОНОС, заведующий отделом русского искусства музея имени А.Н.
Радищева